6 июня / 2020

Бартер

38829 200014528 003 825x644 - Бартер

На фоне кризиса в России снова становится популярен бартер, размышляет Евгений Чернов, сооснователь и управляющий партнер Future Business Rivals.

Карантин и принудительные «каникулы» создали на российском рынке нестандартную ситуацию, не похожую ни на один предыдущий кризис. Из-за парализованных каналов сбыта компании ощутили серьезную нехватку оборотных средств, которая не позволяет ни заплатить по обязательствам, ни запустить новый цикл производства. По данным банков, за первые три нерабочие недели средний еженедельный оборот малых и средних компаний упал на 20–30%, в ряде отраслей — на 60–80%. На этом фоне глава комитета Госдумы по собственности Николай Николаев вспомнил о том, как в 1990-е годы предприниматели меняли норковые шапки на крупу, а грузовики — на детскую одежду, и задался вопросом: время вспомнить бартер? Евгений Чернов, сооснователь и управляющий партнер Future Business Rivals, приводит примеры знакомых предпринимателей, которые уже имели дело с бартером.

Хорошо забытое старое

Пик бартерных сделок в России пришелся на середину 1990-х годов, когда доля бартера в объеме продаж промышленных предприятий возросла в семь раз и к 1997 году превысила 40%, в отдельных отраслях доходя до 70–90%. В следующее десятилетие по мере нормализации экономики доля бартера заметно снизилась: в 2008 году его использовали только 7% предприятий. Но в экономически сложные периоды бартер всегда возвращался, говорит основатель площадки «Росбартер» Александр Морозов: всплеск таких сделок отмечался в 2009–2010 годах, затем в 2014–2015-м. Нынешний кризис не стал исключением: за март и апрель текущего года количество предложений на площадке выросло примерно в 3–4 раза. Увеличение спроса на обменные операции отмечает и руководитель сервиса по обмену товарами и услугами Barter.ru Олег Гончаренко: посещаемость сайта за последние месяцы выросла двукратно.

Некоторые отрасли никогда полностью не отказывались от бартера: застройщики и в благополучное время нередко рассчитывались с поставщиками и подрядчиками своим продуктом — квартирами, а в 2015 году с ухудшением экономической ситуации доля бартерных сделок в строительстве, по оценкам девелоперов, составляла от 15 до 30%. С введением эскроу-счетов, когда девелоперам пришлось перейти на кредитные средства, бартер стал еще актуальнее.

«Из-за эскроу-счетов застройщикам трудно выделять большие маркетинговые бюджеты, но рынок высококонкурентный, и без продвижения обойтись невозможно, поэтому девелоперы ищут возможность оплатить рекламные размещения своим продуктом, — говорит Никита Анучин, исполнительный директор рекламного агентства Omega Barter. — У нас был ряд проектов для «Сити XXI век», Ingrad, RDI и других застройщиков, когда по итогам рекламных кампаний они получали целевые обращения в отделы продаж, а расплачивались квадратными метрами в своих жилых объектах, включая строящиеся».

К оплате продвижения по бартеру также нередко обращаются ретейлеры, расплачиваясь подарочными сертификатами. По словам Никиты Анучина, экономия ретейлера при такой схеме складывается из нескольких факторов. Во-первых, оплата сертификатами происходит по розничной цене, и ретейлер не теряет наценки. Во-вторых, далеко не все сертификаты реализуются покупателями: у некоторых сетей доля нереализованных сертификатов составляет 15%. В результате оптимизация маркетингового бюджета ретейлера может доходить до 30–40%, то есть таким был бы размер экономии, если бы рекламные размещения оплачивали деньгами. А в кризис реклама по бартеру приобретает новое значение: оплата товарами позволяет компаниям не останавливать маркетинговые активности, несмотря на острую нехватку оборотных средств. Это повышает шансы бизнеса на восстановление в будущем.

Бартер против карантина

Чаще всего на бартерных площадках сегодня предлагают торговое оборудование, строительную технику, стройматериалы, земельные участки и другие товары с низкой ликвидностью. Их владельцы ищут контрагентов, готовых обменяться на более ликвидные объекты: транспортные средства, продукты питания, металлопрокат. Средняя сумма обменного предложения на «Росбартере» — от 300 тыс. до 1,5 млн руб.

Но, чтобы подключить бартер в качестве полноценного антикризисного инструмента, размещения объявлений мало. Бизнесу необходимо целенаправленно вырабатывать партнерские схемы — например, так, как это уже несколько лет делает предпринимательское сообщество Крыма. Положение бизнеса здесь и до введения карантина было достаточно сложным, поэтому многие местные предприятия давно освоили бартер как средство против нехватки ликвидности.

«С тех пор как ввели карантин, запросов на обменные операции от предпринимателей становится всё больше, — говорит Гирей Бекиров, генеральный директор МОО «Ассоциация предпринимателей Республики Крым и города Севастополь». — К счастью, у нас уже накопился хороший опыт по использованию бартера. Например, мы помогали проводить обмен сельхозтехники на продукцию агропроизводителей. А для некоторых наших предпринимателей бартер стал полноценным антикризисным инструментом: одна кейтеринговая компания оплачивает аренду своего офиса бесплатным питанием для сотрудников компании-арендодателя».

Сейчас в ассоциации обсуждается схема, призванная поддержать туриндустрию. Спрос на поездки в межсезонье и так обычно снижается, а в условиях карантина продажи у туристических компаний встали окончательно. Помочь могут нефтехимические предприятия региона, которые закупят у турагентств путевки для своих сотрудников, заплатив своей продукцией. «Такая схема позволит получить востребованную нефтехимическую продукцию по более доступной цене, а заодно удовлетворить потребности населения в турпоездках и поддержать туристические компании в экономически сложный период», — комментирует Гирей Бекиров.

Также для успешного использования бартера нужна проактивная позиция, говорит Олег Гончаренко. Необходимо четко определить главную проблему своего бизнеса и активно искать контрагентов для ее решения. Например, многим офлайновым магазинам так и не удалось наладить онлайн-продажи, и карантин полностью остановил их работу. Товары на складах есть, но точки продаж закрыты и пока являются только источником постоянных расходов на аренду. Такие компании могут скооперироваться с небольшими интернет-магазинами, в том числе со своими прямыми конкурентами, — передать им свои складские запасы на реализацию и расплатиться за эту услугу частью товара. Можно заключить партнерство с диджитал-агентством, которое разработает интернет-магазин и проведет рекламную кампанию в обмен на продукцию по оптовой цене или на часть прибыли от будущих продаж.

Почему боятся бартера

Бартерные сделки имеют ряд особенностей, из-за которых многие предприниматели считают их непрозрачными и даже опасными. Например, договор мены, который чаще всего оформляют при бартере, подразумевает, что товары будут являться равноценными, — таково главное условие безденежной сделки. Но, если налоговая служба при проверке такой сделки обнаружит, что один товар дороже другого более чем на 20%, можно получить штраф и налоговую задолженность. Учитывая, что правила расчета рыночной цены, приведенные в Налоговом кодексе, сложны и запутаны, риск проблем с налоговой возрастает.

Есть опасность и при переходе права собственности. По умолчанию каждая из сторон получает право собственности на поставленные товары только после того, как обе стороны выполнят свои обязательства. Это затрудняет сделки, где обмен товарами не совпадает по времени: в процессе одна из сторон может передумать, и тогда той компании, которая уже поставила товар, но не получила ничего взамен, придется думать, как возвращать свое имущество, которое за это время может испортиться или таинственным образом исчезнуть.

Из-за таких нюансов большинство предпринимателей долгое время старались избегать бартера. Чтобы исправить эту ситуацию, отдельные бартерные площадки пробуют внедрять в свою работу цифровые технологии, повышающие надежность обмена, — блокчейн, смарт-контракты, электронный документооборот.

Но процесс внедрения таких технологий требует времени и больших финансовых вложений, поэтому участники рынка ищут менее затратные способы сокращения рисков. «Мы не используем договор мены, вместо этого заключаем с нашими клиентами два договора — на рекламную кампанию и на товар, а потом производим между ними взаимозачет, — говорит Никита Анучин. — Это позволяет избежать налоговых и юридических рисков и делает процесс обмена полностью прозрачным».

Источник

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Самое читаемое


previous arrowprevious arrow
next arrownext arrow
Shadow
Slider

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: